О СТРАШНОМ И ТРАГИЧНОМ

  

О СТРАШНОМ И ТРАГИЧНОМ

Слова Христа на кресте «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23:34) эхом отзываются через всю историю религии и свидетельствуют о ее величайшей трагедии– она убивает Бога, делая это во Имя Его. С тех пор и до ныне величайшие религиозные злодеяния совершались по тем же мотивам: во Имя Бога!

В этой части книги пришло время сказать о скорби, о великой скорби Бога, распятого Своими почитателями и «защитниками» на Голгофском кресте. Его чувства переданы только одним из Евангелистов, но мне кажется, эти чувства так необходимо увидеть и прочувствовать всем нам, людям «прозревшим» к религии, (т.е. увидевшим  больше того, чем нам было положено), чтобы не скатиться к гневу, мятежу, расколам и братоубийственной ненависти.

Религия приносит своим последователям столько боли, что становится удивительно просто – скатится в цинизм и неверие одного из распятых рядом со Христом разбойников, и требуется больших усилий и мужества – не только разделить позицию второго казненного разбойника, но и увидеть себя в нем.

Вели с Ним на смерть и двух злодеев. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону. Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают. И делили одежды Его, бросая жребий. И стоял народ и смотрел. Насмехались же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал; пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий. Также и воины ругались над Ним, подходя и поднося Ему уксус и говоря: если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого. И была над Ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими: Сей есть Царь Иудейский. Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас. Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы [осуждены] справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю (Лук.23:32-43).

В этой истории много прекрасного несмотря на всю ее боль и трагичность. На мой взгляд, ее подлинное чудо – в признании своей вины человеком обреченным на смерть. Похожая история рассказана в основанном на книге католической монахини, сестры Хелен Преджан художественном фильме «Мертвец идет». Мэтью Понселет – прообраз Элмо-Патрика Сонье из бесед Сестры Хелен Преджан – жестокий и циничный убийца, приговорён к смертной казни, которого Сестра Хелен пытается безуспешно спасти от неизбежно надвигающейся смертной казни. Когда апелляция отменена, Хелен провожает его до места казни, где в последние минуты жизни Мэтью сознается в содеянном и раскаивается. Точно также как и в истории рассказанной евангелистом Лукой его признание ничего не меняло в его земной жизни, но он его сделал. Наступает момент, когда преступник больше не ожидает помилования и принимает свою смерть, как справедливое воздаяние; теперь его больше волнует вопрос прощения его вины теми людьми, кому своим преступлением он причинил боль и страдания.

Также и раскаявшийся разбойник не требовал от Христа, сошествия со креста и не надеялся на то, что Он поможет ему избежать справедливое наказание. Будучи разбойником, он знал, что получил по заслугам, в то время как Христос был распят безвинно, также об этом знал и его подельник, и все же разница между их знанием была колоссальной. Знание одного было циничным и жестоким, он давно перестал верить в добро и на добро больше не надеялся. Подобный типаж ненавидит весь мир и самого себя, ничего ни от кого не ждет и никому уже больше не верит. И все же во всем этом, в своем призрении к миру и Богу, он зрит себя лучшим и более достойным. Второй разбойник, в преддверии смерти переживает обращение, но происходит это только потому, что внутренне он еще был способен к тому, чтобы видеть свою вину и свои злодеяния, а не только всего мира обращенного в этот миг против него.

Можно много говорить о триумфе Христа на кресте, но сейчас меня, пожалуй, сильнее всего впечатляет именно Его способность видеть трагедию за злодеянием. Если в процессе Его земной жизни и можно было отметить гнев, обращенный против слепоты и глухоты религии, то теперь в момент агонии и величайшей боли, которую она Ему принесла, мы видим какую скорбь и сожалении Он переживает в отношении распявших Его людей: «прости им, ибо не знают, что делают».

Кто из нас, осуждающих религию за ее злодеяния, способен на это? И какова будет моя роль в этой истории? Я – определенно не Христос, безвинно распятый и поруганный религией. Но тогда может быть я – разбойник распятый рядом с ним?

Здесь мне придется сделать отступление, чтобы предотвратить гнев искушенных библейских исследователей столь вольным толкованием этой истории. Я прекрасно понимаю, что между распятыми за криминальные преступления разбойниками, и нами, замученными религией «праведниками» нет ничего общего. Или же, все-таки, что-то есть?

Сегодня стало модным костить религию, ее ругают все, но ругают ее, как правило, с позиции первого разбойника, а его позиция не намного лучше позиции тех, кого он осуждает. По сути, бог религии, это тот же бог, что и бог первого разбойника – тот же самый бог, только с другого конца. Это бог не любви, а бог суда и ненависти. Сегодня стало модным требовать Божьего Суда, Дня Господня, но мы забываем о том, что сказал в отношении этого дня пророк: «Горе желающим дня Господня! для чего вам этот день Господень? он тьма, а не свет,… Разве день Господень не мрак, а свет? он тьма, и нет в нем сияния» (Ам.5:18,20). Призывая распятого Бога сойти со креста и навести «порядок», мы забываем о том, что суду подвергнемся и мы сами. Так вот вопрос в том, с кем из этих двух разбойников висящих на Голгофе рядом со Христом, я ассоциирую себя? Я тот, кто ненавидит своих братьев и сестер и все же считает, что я настолько хорош, что могу просить Бога о том, чтобы Он сошел со Креста, т.е. начал Свой Суд? В своем тщеславии и самообольщении я, конечно же, не подумаю о том, что этот суд постигнет меня в той же мере, что и других. Или же я второй разбойник – тот, кто ожидал не суда для других, но жаждал прощения для себя?

Бог религии и Бог первого разбойника, этот Бог, как замечательно подметил Дэвид Бейкер, убивает за недостойное участие в причастии[1]. Но только вот я думаю, что судя по всему Он все же взял выходной и пропустил воскресное богослужение те несколько раз, когда мои мысли в момент Вечери Господней были где-то еще, но не в Теле и в Крови Господа – как же мне еще объяснить факт, что я до сих пор жив? Религия создает людей по образу и подобию «первого разбойника», людей циничных, разбившихся, ничему и никому не верящих, они ненавидят мир религии и ее представителей, но они не лучше их. Они продукт ненависти, которая породила их, с той лишь разницей, что теперь они ненавидят то, что их породило. Итак, их трагедия, трагедия целого поколения в том, что ожидая суда над религией, они не видят, что подвергнутся тому же суду сами.

Христос страдал, но в своих страданиях Он не злословил тех, кто причинили ему страшную физическую и эмоциональную боль. Как же поступаем мы? Меры своих страданий мы чаще всего дополняем мерой страданий другого, а мерной чашей нам служит наша любовь к себе. Не знаю как вам, но мне часто доводилось слышать «ты еще не страдал, ты еще не проходил через то, что прошли мы». Но вот у меня вопрос, а нужно ли? Нужно ли мне идти «крестным путем» кого-то, и не сказано ли мне возьми крест СВОЙ и следуй за мной.

Мы не можем позволить себе такой роскоши как чрезмерное очарование человеком. «Наша вера в доброе начало в человеке не должна закрывать нам глаза на дремлющие в нем демонические силы. Для каждого ясно, что цивилизованные люди могут превратиться в воплощение зла. В одно мгновение лаковый слой социальных норм может исчезнуть и наружу выйдет самое грубое и безобразное в человеке. Созданный "по образу и подобию Божьему", человек может вдруг впасть в неистовство, превратиться в чудовище»[2]. Религиозные люди, времен Христа были прямыми потомками книжника Ездры, чья жизнь и борьба были посвящены искоренению идолопоклонства в Израиле. Каждый из них также начинал свой путь, как когда-то начал его Тарсянин Савла: «обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей, по ревности - гонитель Церкви Божией, по правде законной – непорочный» (Фил.3:5,6). Вот она величайшая трагедия религиозных людей – думаю, что служат Богу, они превратились в Его гонителей. Здесь не суд – здесь слезы Бога: «И когда приблизился к городу, то, смотря на него, заплакал о нем и сказал: о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих, ибо придут на тебя дни, когда враги твои обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду, и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оставят в тебе камня на камне за то, что ты не узнал времени посещения твоего» (Лук.19:41-44). И в другом месте мы читаем: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Матф.23:37).

---

[1]David Baker, 101 cups of water. (Colorado, Colorado Springs: Water Brook Press, 2008), 39

[2]И-Д Соловейчик. УРОКИ ВЫЖИВАНИЯ. http://www.machanaim.org/philosof/solov/sol-pur.htm#s1

ИИСУС – ПУТЬ ПОЗНАНИЯ БОГА

ИИСУС – ПУТЬ ПОЗНАНИЯ БОГА

Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте. В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я. А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете. Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь? Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня. Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего. И отныне знаете Его и видели Его. (Иоан.14:1-7)

Иисус провозгласил, что Он есть Путь познания Бога. Тот, кто знает Его, знает и путь к Богу. Тот, кто встает на этот Путь – находит Бога. Апостол Иоанн пишет: «Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная» (1Иоан.5:20). По сути, Иисус Христос – это ответ на несколько тысячелетий ожидания человека, чтобы познать Бога. Бог посылает в мир Своего Сына: «посмотрим, сумеете ли вы Меня узнать?!» Что тут много говорить… мы провалили этот экзамен. Почему же люди не узнали Своего Бога? Почему Иисус был отвержен и распят?

Лежащим на поверхности объяснением отвержения Христа является провозглашение Им Своего мессианства и Божьего сыновства, однако при более тщательном рассмотрении, очевидно, что это не являлось основной причиной, хотя, безусловно, и было предлогом. Христос был отвержен религией из-за своего отрицания созданной ей ценностей. Слова Христа, записанные Иоанном свидетельствуют об этом. «Вас мир не может ненавидеть, а Меня ненавидит, потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы» (Иоанна 7:7) А слова, записанные десятью главами позже свидетельствует о том, что мир возненавидел не только Христа, но и Его последователей. «Я передал им слово Твое; и мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и Я не от мира. Не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла. Они не от мира, как и Я не от мира» (Иоанна 17: 14-16). Важно увидеть, что мир, отвергший Христа – это не языческий мир людей незнающих Бога, нет, как мы уже неоднократно повторяли – Христа отвергли именно люди религиозные. Ведь путь к Богу, предлагаемый Христом сводил на нет существующую иерархию власти и ее посреднические услуги. И наконец, путь этот отличался такой радикальностью и категоричностью, что его последователи автоматически попадали в разряд фанатиков-сектантов, которым нет места в мире «нормального».

Пренебрежение ценностями

Религия не может простить Христу пренебрежение ее ценностями, она не может допустить того, чтобы ее интересы и ценности были предпочтены чему-то более ультимативному. Когда происходит подобная переориентация интересов, тогда  построенный религией исключительно на слепом повиновении порядок становится под угрозу. Христос предложил своим последователям новую систему ценностей. Это не было отвержением того, что было дано Богом ранее, нет, скорее это можно сравнить с новым прочтением старого послания. Только на этот раз Сам Автор сошел к читателю, и прочитал уже известное произведение со всеми его интонациями, оттенками, ударениями. Теперь уже ни у кого не возникало сомнений, что же это может значить или как это можно было бы истолковать. Никакого истолкования не требовалось, потому что Он Сам и был передаваемым Текстом. Ни у кого не возникало сомнений в том, что именно Он хочет от тех, к кому Он обращался. Вся Его жизнь была одним непрерывным вызовом самодовольству тех, кто считал, что он уже и так неплохо со всем справляется.

Собрались к Нему фарисеи и некоторые из книжников, пришедшие из Иерусалима, и, увидев некоторых из учеников Его, евших хлеб нечистыми, то есть неумытыми, руками, укоряли. Ибо фарисеи и все Иудеи, держась предания старцев, не едят, не умыв тщательно рук; и, [придя] с торга, не едят не омывшись. Есть и многое другое, чего они приняли держаться: наблюдать омовение чаш, кружек, котлов и скамей. Потом спрашивают Его фарисеи и книжники: зачем ученики Твои не поступают по преданию старцев, но неумытыми руками едят хлеб? Он сказал им в ответ: хорошо пророчествовал о вас, лицемерах, Исаия, как написано: люди сии чтут Меня устами, сердце же их далеко отстоит от Меня, но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим. Ибо вы, оставив заповедь Божию, держитесь предания человеческого, омовения кружек и чаш, и делаете многое другое, сему подобное. И сказал им: хорошо ли, [что] вы отменяете заповедь Божию, чтобы соблюсти свое предание? Ибо Моисей сказал: почитай отца своего и мать свою; и: злословящий отца или мать смертью да умрет. А вы говорите: кто скажет отцу или матери: корван, то есть дар [Богу] то, чем бы ты от меня пользовался, тому вы уже попускаете ничего не делать для отца своего или матери своей, устраняя слово Божие преданием вашим, которое вы установили; и делаете многое сему подобное. (Мар.7:1-13)

Религия тяжело переваривает подобные послания, поэтому чаще всего она их попросту отвергает. Представляете, что за удар был нанесен им в тот день, когда фактически одним своим коротким выступлением Христос перечеркнул все то, что было в их жизни важного? Ведь, не случайно они обратили Его внимание на то, что не делали ученики – они с этим делом очень хорошо справлялись! Мы всегда стараемся обратить внимание на то, что у нас получается хорошо и не очень любим говорить о том, что у нас получается плохо. Итак, фарисеи и книжники были довольны собой, они десятилетиями следили за собой и за тем, чтобы исполнить ритуальный закон и даже больше того, что он требовал от них, доводя, таким образом, свою внешнюю жизнь до совершенства. А за тем появляется человек, который утверждает, что все, что было в их жизни важного и ценного, оказывается совсем неважно и неценно, и даже более того, Он говорит, что ВСЕ, что было для них дорого, в глазах Бога ничего не стоит. Догадываетесь, каково было им такое услышать? Они считали, что своей жизнью они угождают Богу, и вот теперь, человек, которого все вокруг почитают за величайшего из пророков, говорит им, что с точки зрения Бога, они – лицемеры.

Упразднение человеческого посредничества

В центре религии всегда находились «предания старцев», некий человеческий авторитет, некий человеческий опыт, т.е. религии нужен был посредник. Теперь же появляется Тот, Кто говорит о том, что институт посредничества упраздняется, так как существует только один посредник: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1Тим.2:5). Вы представляете, что должны почувствовать все те люди, которых Иисус одним махом оставил без «работы»?

Как следствие, они провели собрание оргкомитета своего профсоюза[1], а затем устроили демонстрацию перед правительством[2], требуя жестоко наказать возмутителя, задумавшего оставить их без куска хлеба и любимого занятия.

Радикальность и категоричность

Современное христианство во многом потеряло ту радикальность, которой отличалась жизнь ранней церкви. Христос не оставлял Своим потенциальным последователям возможности не делать выбор – они должны были именно выбирать. Христа не устраивали зрители – Он пришел в этот мир, чтобы Его примеру следовали. «Желание восхищаться Христом, вместо того чтобы следовать за ним, изобретено не злыми людьми; скорее, оно присуще тем, кто мягкотело желал бы находиться на безопасной дистанции от Иисуса»[3]. Уникальный характер Евангелий в том, что там мы практически не найдем истолкований или комментариев – перед нами просто изображен путь жизнь Иисуса. Таким образом, модель Христа предельно ясна, но как пишет Шейн Клейборн:

 мы, христиане, - скопище жуликов, которые все затемняют. Мы делаем вид, что неспособны ничего понять, потому что прекрасно отдаем себе отчет в том, что как только это поймем, нам придется действовать соответствующим образом. Возьмите любые слова из Нового Завета и забудьте обо всем прочем, кроме одного: что мы обязаны их исполнять. Бог мой, скажете вы, если я так поступлю, это разрушит всю мою жизнь. Как я буду жить в этом мире? В этом и заключается подлинное «изучение христианства». Такое изучение представляет собой ужасающее изобретение церкви, которая стремится защитить себя от Библии и внушить нам, что мы можем быть добрыми христианами, не принимая Библию слишком всерьез. О, бесценная наука, что бы мы без тебя делали? Страшно впасть в руки живого Бога. И даже страшно просто остаться наедине с Новым Заветом[4].

Другими словами в какой-то момент мы перестали следовать Пути, вместо этого, мы стали изучать Путь, мы сделали Его своей философией. Мы не остановились здесь и из церкви, живой общины верных, мы создали социальный институт. Но мы не остановились и здесь, отделив Христа от данных им ценностей, мы создали культуру, в центре которой мы поместили человека. Но и этого нам было мало – из Его страданий и на Его Крови мы построили бизнес.

---

[1]«Тогда первосвященники и фарисеи собрали совет и говорили: что нам делать? Этот Человек много чудес творит. Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом. Один же из них, некто Каиафа, будучи на тот год первосвященником, сказал им: вы ничего не знаете, и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» (Иоан.11:47-50).

[2]См. Лук.23

[3]Søren Kierkegaard, Provacations: Spiritual Writings of Kierkegaard, ed. Charles E. Moore (Farmington, PA: Plough, 2002), 86. Процитировано Шейн Клейборн. Путь: как жить по-христиански сегодня, реально изменяя жизнь к лучшему; [пер. с англ. М. Завалова]. – Москва: «Эксмо», 2010. – С. 208.

[4]Søren Kierkegaard, Provacations: Spiritual Writings of Kierkegaard, ed. Charles E. Moore (Farmington, PA: Plough, 2002), 201. Процитировано Шейн Клейборн. Путь: как жить по-христиански сегодня, реально изменяя жизнь к лучшему; [пер. с англ. М. Завалова]. – Москва: «Эксмо», 2010. – С. 62.

 

Любовь – это всегда процесс очищения и изменения

«Любовь – это всегда процесс очищения, отказа от чего-то, болезненных преобразований в нас самих. Это и есть путь созревания. «Я люблю Тебя не потому, что в Твоей власти определить мне место на небе или в аду, а потому только, что Ты есть Ты – мой Цари и мой Бог», - говорит святой Франциск Ксаверий, обращаясь к Богу, но, чтобы сказать так, ему наверняка пришлось пройти долгий путь внутреннего очищения, прежде чем прийти к этой последней свободе, - путь созревания, на котором его повсюду подстерегало искушение, опасность низвергнуться в бездну, но который тем не менее был насущно необходим». (Йозеф Ратцингер Папа Бенедикт XVI)

Менять что-то к чему мы привыкли, с чем сжились, во что успели врасти и без чего, в какой-то мере, уже не представляем себя – будет не только непросто, но и почти всегда болезненно мучительно. Поэтому пойти на подобные изменения нас может подвигнуть только настоящая, сильная и бескомпромиссная любовь. Мы не сможем осилить духовные изменения до тех пор, пока мы не возлюбим того, что от Духа. Мы не сможем осилить путь Христа, пока не возлюбим Христа. Мы не сможем подчинить свою волю воле Отца, пока не возлюбим Его.

Устал

Я устал от того, что слышу, как некоторые служителя, получая от церкви зарплату, пытаются сказать, что они пошли на величайшую жертву, придя на работу в церковь, что они похоронили свою прекрасную карьеру, которую они бы могли сделать в мире. Все это ерунда и полная чушь. Если они настоящие призванные Богом для совершения определенного служения люди – скажу вам со всей определенностью – у них просто не было другого выбора. Бог их создал для выполнения именно этого труда. Поэтому, если они пошли на жертву и признаются в том, что могли бы с успехом заниматься чем-то еще, а быть может даже до сих пор хотят этим заниматься, то они – лжецы, во-первых, а во-вторых, несчастные сбившиеся с пути и блуждающие в потемках люди, которые наверняка не смогут помочь найти путь кому-то, уже потому, что нуждаются в том, что бы кто-то вывел их самих на дорогу. Поэтому, как и в отношении любого другого труда, к служению в церкви нужно относиться как к Богом данному труду, выполнять его как для Господа, о каком бы деле речь не шла, и, конечно же, не сожалеть о сделанном выборе, и не делать из себя страдальца.

Сила послания Христа (набросок еще одной главы для "Бог под арестом"

Когда была напечатана моя первая книга «Иов. Навстречу с истинным Богом или возвращаясь к утраченной человечности», один мой хороший друг, чьим мнением я очень дорожил, прочитал ее, но какое-то время ничего не говорил о ней. Мне было интересно узнать его мнение, я уже услышал массу лестного в свой адрес после этой публикации и честно признаться рассчитывал на еще один восторг. Однако вместо восторга я услышал, то, что мне не очень понравилось: Саня, ты пишешь правильные вещи, но пишешь их как ботаник, - вот таким был вердикт моего друга.

Его слова  меня расстроили, но заставили задуматься. Меня и в самом деле увлекло изучение книги, я копался в ней, рылся в тексте, находил интересные вещи, но по большому счету у меня не было таких глубоких переживаний, даже отдалено напоминающих историю Иова. Более того, книга скорее бросала мне тот же самый вызов, который был брошен Иову, знаю ли я Бога лично? Не являются ли мои слова очередным «сотрясанием воздуха»? Я в серьез задумался над вопросом обладания правом говорить определенные слова… Опыт друзей Иова, то, что Бог осудил их, показывал мне, что мы можем и не иметь никакого права сказать те слова, которые нам очень хочется сказать.

В послание Иисуса Христа мы можем видеть сокрушительное поражение религиозной риторики. Его Слово наносит ей сокрушительное поражение. Он произносит Свое Слово не как книжники и фарисеи, с их «ботаническим» подходом теоретиков, не имеющих практических переживаний. Слово Христа основывалось именно на Его знании и переживании Отца. На просьбу Филиппа показать им Отца Иисус отвечает: «Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца? Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? Слова, которые говорю Я вам, говорю не от Себя; Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела. Верьте Мне, что Я в Отце и Отец во Мне; а если не так, то верьте Мне по самым делам» (Иоан.14:9-11). В этих стихах раскрыт источник власти послания Иисуса – Он ничего не говорит от Себя. Напротив, за пафосом книжников и фарисеев скрывалась их личная неуверенность. Все их законы, правила, формулы были свидетельством того, что они не знают Бога лично, все, чем они пользовались было выведено, подсмотрено, взято, перенято, переиначено из опыта и переживаний других.

Идеал, к которому должен прийти каждый верующий человек, записан в одном из самых древних библейских текстов: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя» (Иов.42:5). Иов – наиболее праведный и религиозный человек своего времени свидетельствует о том, что прежде он не имел личного духовного опыта с Богом, но следовал теории – он знал о Боге, но не знал Бога.

Опыт Христа, засвидетельствованный у Иоанна говорит нам о другом – Он знал Бога лично, в отличие от книжников и фарисеев Его послание основывалось на личном духовном опыте. Таким образом, любой религиозный опыт является истинным только тогда, когда он является личным. Ни один верующий человек не может прятаться от Бога за чужими переживаниями, за чужим опытом, за чужими молитвами, за чужими откровениями, за чужими посланиями и не потому, что они являются чуждыми или неправильными, а потому что они ЧУЖИЕ.